11:39 

Ensdigry
Изо, что ты так безобразно ищешь?
приволок в зубах упирающуюся ногу

Название: Нога
Автор: Ensdigry
Размер: мини, 1233 слова
Канон: Hannibal NBC
Персонажи: Доктор Ганнибал Лектер, ОМС
Категория: джен
Жанр: даркфик, мистика
Рейтинг: R – NC-21
Предупреждения: хирургия, ампутация, психическое расстройство, каннибализм
Краткое содержание: о том, кому нужна помощь, и о том, кто эту помощь может оказать.

вдохновлялся человеческим моском и этим, авторства оку:





Томас Блейк был похож на вопрос. Его сутулые плечи никогда не расправлялись, а голова всегда была опущена вниз и слегка вбок, словно бы он с застенчивым удивлением рассматривал стянутую штаниной левую ногу.
Левая нога действительно поражала Томаса, каждый день – иначе. В детстве утренняя побудка начиналась с непонятной родителям истерики – из-под размётанного за ночь одеяла выглядывала она – чужая плоть. Он бил её больно, и она снова шныряла под одеяло, сотрясаясь в судорогах, как обиженный ребёнок. Он волочил её по школьным коридорам, а она цеплялась за каждый камень, запиналась обо что-то на ровном месте, ныла, немела, покрывалась мурашками, стучала в нетерпении о пол, хотела пнуть мяч, болела, мешала. «Хватит сидеть взаперти, Том», - каждый вечер мать приказывала ему погулять с этим длинным, непонятным, тощим существом. Существовало ли на свете нечто более комичное и жуткое, чем эта левая нога? – бледного цвета в редких волосках, торчащих как придётся, сверху толще и чуть изогнута, посередине – бугристый кожистый шар, дёргающийся как рычаг; дальше палочка, мягкая снизу, истончающаяся до нового уплотнения, под которым на плоском треугольном шмате шевелились сплюснутые щупы-обрубки. Особенную неприязнь вызывал самый толстый щуп – с кривым, сколотым панцирем на нём; бок его жёсткой кожей напоминал ребро. Это ребро долго доставляло Томасу неудобство, пока его не срезали, предварительно утопив щуп в горячей воде и окатив его на прощание паром.

Срезать жёсткую броню – полдела. Срезать. Добрые мягкие руки нежно скользнули ножницами и отправили белёсый ошмёток туда, где ему было самое место – в мусорную корзину. Но нога, быть может, хотела на свободу, а не в корзину – несмотря на свою мертвецкую бледность и вялость, она обладала характером капризным и вольнолюбивым.

Потом Томас начал расспрашивать мать: а не было ли в её утробе пары – не только одноногого Томаса, но и мёртвого близнеца с двумя ногами – и не пришили ли Томасу чужую плоть? Мать отвела его к доктору, доктор ему не понравился – он приказал матери подождать снаружи, дурно пах табачной пылью, задавал глупые вопросы и вообще был очень грубым и тупым изваянием из неприятных частей на двух столпоподобных сваях.
После визита к доктору Томас молчал как египетская гробница: торжественно и мрачно оглядывая левую конечность, он ничего не говорил вслух. Взрослея, он придумывал новые гипотезы, всё более укладывающиеся в реальность – просто до безумия: мёртвый близнец-многоножка и инопланетяне, привинтившие ногу-шпиона к телу ребёнка, сменились «неразработанностью мышц», «невидной, но наличествующей диспропорцией», «затаившейся в ноге болезнью, о которой организм пытается предупредить». Пока однажды ему не сказали, что проблема сидит не в ноге, подглядывающей за ним, когда он принимает душ, ждущей своего кусочка бекона за завтраком и подарка на день рождения (а когда она родилась?), а в голове Томаса. Вам нужен хороший психотерапевт, говорили они, мне нужен хороший хирург, плакал Томас, ничем не могу помочь, говорил хороший психотерапевт и с облегчением стряхивал с себя проблемного пациента.

Доктор Лектер не спешил избавиться от Томаса. Ему, одноногому Томасу, сразу понравился доктор: светлый, словно пеплом припорошенный, он излучал уверенность человека, находящегося в согласии с каждой частью своего тела. На нём прекрасно сидели вещи, его движения – как и черты лица - были как скальпелем отточены. Говорил отчётливо и вместе с тем мягко, заранее примиряя пациента со всем сказанным и им, и собеседником. Его зрачки, казалось, могли поймать свет ниоткуда, сжимая его до сумасшедше-ярких игл – он всегда выглядел тайно заинтересованным в том, что говорил ему другой. Его скрытое вежливостью понимание покоряло Томаса в каждую секунду общения; он даже начал улыбаться перед зеркалом дома, чтобы адресованная доктору улыбка передавала всё, что хотелось сказать.
Они начали со стандартного психоанализа, скрывающего доктора за спиной пациента, а затем перешли к уютным беседам кресло против кресла. Томасу было комфортно единственно здесь и то не до конца: по привычке сутулясь, он вжимал ногу в кресло, пока в мышцах не начинало колоть, и опускал взгляд вниз, удивляясь, что она ещё оставалась на месте. Он снова замыкался, злился, затем остывал, уходил с сеанса в состоянии благодушного неудовлетворения. Он знал, что пронизывающие его насквозь иглы добрались и до инородной плоти ноги, но доктор Лектер ждал, когда Томас обратится к нему сам.

И Томас обратился. Он хлопнул себя по ноге, пожелав вдруг выглядеть человеком уверенным и достойным, но нога ощерилась злобно, и он дрогнул. Отдёрнув руку, срывающимся голосом повёл Томас рассказ о существе, которое жило с ним против его воли. В идиллии Томаса как человека тоскующего по идеальному не было места левой ноге – она вторглась в его младенчество, не отставала от него ни на шаг в детстве, ни на секунду не оставляла его сейчас. Он бил её, резал, кусал, стегал плетью и морозил льдом, а она в ответ причиняла ему боль, такую боль, что сложно было описать.

- Синдром нарушения целостности восприятия тела, - о этот бесконечно понимающий тон, о эта тактичная улыбка. Томас огладил колено правой ноги, и чуть виновато, как собака, поискал взглядом глаза доктора. Да, доктор Лектер скажет, что нужно делать.
- Ваш случай – не первый в моей практике. К сожалению, науке неизвестны случаи медикаментозного или психотерапевтического излечивания подобного синдрома, даже купирования. Не наблюдалось так же и каких-либо заметных улучшений в состоянии пациентов, - доктор сочувственно встретил чужой взгляд.
Томас скривился – он, взрослый мужчина, был готов уткнуться в серое плечо напротив, разрыдаться, стрясая ужас с плеч: доктор, я боюсь её, я смертельно боюсь этой ноги.
- Единственное решение, которое я могу вам предложить, ставит меня вне рамок закона. В то же самое время, это единственный метод, который способен избавить вас от таких страданий.
Томас утёр набегающие слёзы рукавом фланелевой рубашки – он был готов. Давно готов. Он жаждал этого, стремился, может, узнал, что именно здесь его ждёт избавление, едва стройная фигура твёрдо стоящего на ногах человека открыла ему дверь из приёмной в кабинет. Он сказал доктору, что готов, и увидел чужую улыбку, выдающую острейшие клыки. Если они были так же остры и точны, как его скальпель… вопрос сформулирован, и доктор любезно показал ему свой диплом хирурга и даже предоставил скидку с учётом того, что операция – подпольна.
Томас отказался от общего наркоза, разрешив лишь спинальную анестезию: он хотел убедиться своими глазами. Доктор показал себя мастерски: рассёк кожу, затем мышцы, бережно отделяя и зажимая сосуды, перепилил кость, обводя её по-круговому. Руки его, скользкие окровавленные инструменты, мелькали быстро и ловко. Всё это время Томас смотрел то на бесчувственную ногу, то на хирурга и думал: каково будет ноге, когда она очнётся от наркоза в одиночестве, в тёмном пакете, среди хлама и мусора. Она, наверное, так же яро хотела избавиться от него, как он от неё – но если он сядет на коляску и покатится по горячему балтиморскому асфальту, то что будет делать она? Сердце его затопило тоской и жалостью.
- Только… не выбрасывайте её, - выдохнул он, силясь рассмотреть кровавый спил в зеркале. Маска доктора шевельнулась.
- Хорошо, дорогой Томас. Не отужинаете ли со мной, когда вам станет лучше?

***


Томас Блейк был похож на вопрос. Его сутулые плечи никогда не расправлялись, а голова всегда была опущена вниз и слегка вбок, словно бы он с застенчивым удивлением рассматривал пустоту на месте левой ноги.
Доктор Лектер был похож на ответ. Он изящно орудовал вилкой и ножом, отправляя в рот одурманенное соусом из белого вина мясо. Подбадривая своего собеседника, он подливал ему вина и пресекал тщетные и смешные попытки подняться.
- Интересно, где у человека находится душа? Может, в ноге? А у меня – в левой ноге? – Томас задумчиво погладил пустоту, поёжился и вскинул вдруг глаза, словно желая успеть увидеть невыразимое рядом.
Глаза существа напротив были похожи на горящие магические круги, а рот – на тёмный провал, который мог вместить и блюдо, и стол, и комнату, и Блейка, и всё вокруг.
- Будьте счастливы, Томас, - сказал Ганнибал, промокая салфеткой рот.

@темы: форма альтернативной шизофазии, творец - всему делу конец, маам, что это у меня в голове? - шизофрения; достань ложку, будем есть., конебал, ганнибал, hannibal, fanfiction

URL
Комментарии
2015-03-28 в 17:17 

оку
make wine, not war
:squeeze: моя любимая нога!)))

2015-03-29 в 01:52 

Ensdigry
Изо, что ты так безобразно ищешь?
оку, кому пришил, кому отрезал.)
я представляла, как девушка ходила бы по улицам в лёгком платье, бережно придерживая вторую голову рукой.)

URL
2015-03-30 в 20:58 

оку
make wine, not war
Ensdigry, обоже))) так далеко я в своих фантазиях не заходила
хотя в моем воображении ганнибал делал доброе дело: помогал соединиться сестрам, ведь нет людей ближе, чем сиамские близнецы, это мотив неодиночества
жаль, что вторая голова дохлая, зато они точно больше не поссорятся

2015-03-30 в 21:23 

Ensdigry
Изо, что ты так безобразно ищешь?
оку, с сиамскими близнецами меня мурашит ситуация, когда один - в сознательном возрасте - умер, а другой ещё нет.
но второй без разделения обязательно умрёт в какие-то десятки минут, даже если полностью здоров. сестрёнке бы хватило жизненных сил лишь на лёгкий променад - со второй-то головой.
я поймала мотив "помощи". тут он тоже делает сомнительно доброе дело.)

URL
2015-04-02 в 16:36 

оку
make wine, not war
я тоже думала об этом давно, когда читала про русских близняшек
когда сестра умерла, вторая не поняла этого, считала, что та спит, мне кажется, это...ну...нормально, потому что сиамский близнец, он же повторение другого практически во всем
как осознать собственную смерть, оставаясь одновременно живым? парадокс, который не уложится в голове
это домыслы, конечно)

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Dasein.

главная